Конец 80-х и начало 90-х выдались в Старом Свете очень жарким с политической точки зрения. Объединение Германии, распады Чехословакии и Югославии, уход советских войск и коммунистических режимов из Восточной Европы – все это серьезно перекроило геополитическую карту континента. К сожалению, не везде эти поистине эпические перемены проходили тихо и спокойно, как в ЧСФР (где люди просто заснули в общей стране, а проснулись в двух разных). О том, какую роль сыграл футбол в одной трагической истории, наш сегодняшний рассказ.
 
Югославия никогда не была образцом спокойствия и дружбы народов. Разве что фигура харизматичного Йосипа Броза, известного под партийной кличкой Тито, сдерживала этот кипящий котел в более-менее пригодном для сосуществования состоянии. На протяжении всей истории сначала королевства, а затем федеративной республики Югославия отношения между составляющими ее народами были непростыми. Вторая мировая война только добавила перца в это крутое варево (поинтересуйтесь хотя бы, что означает слово «сербосек»).
 
В конце 80-х ситуация в СФРЮ накалилась до предела. В 1990-м в Югославии были проведены первые свободные, демократические выборы – победу в которых одержали новые, зачастую радикальные политические силы. В Хорватии таковой стала партия известного диссидента Франьо Туджмана, Хорватское демократическое содружество. 9 мая 1990-го, во втором туре выборов она набрала большинство голосов в Социалистической Республике Хорватия. Лозунг ХДС был прост и понятен – полная независимость Хорватии.
 
В сербских политических кругах, естественно, царили противоположные настроения. Это не могло не передаться и простому люду. Что уж говорить о такой субкультуре, как футбольные фанаты… В 1989-м болельщики одного из самых известных югославских клубов, белградской Црвены Звезды, объединились в одну мощную группировку под названием Герои (по-сербки – Делије). Их лидером стал легендарный Желько Ражнатович, которого Интерпол в 70-х официально назвал одним из десяти самых опасных преступников в мире. Аркан – таково было прозвище Ражнатовича – сплотил фанатов Звездарей в мощную организацию, которая 13 мая 1990-го вошла в историю. Причем историю не только югославского футбола, но и Европы вообще. Принято считать, что именно с событий на Максимире выросла сербо-хорватская война 1991-1995.
 
В тот день на загребском стадионе Максимир должен был состояться матч чемпионата Югославии между местным Динамо и Црвеной Звездой. Из федеративной столицы в главный город потихоньку превращавшейся в оппозиционную Хорватии прибыло около 3 тысяч «Героев» во главе с самим Арканом. Во всяком случае, некоторые источники указывают на то, что Ражнатович лично присутствовал на стадионе.
 
Стычки между хорватскими болельщиками и приезжими сербами начались еще до матча, но то была, как оказалось, только разминка. Главное действо началось на трибунах Максимира перед стартом поединка. Сейчас сложно сказать, кто именно был зачинщиком беспорядков. Провокационные лозунги звучали с обеих сторон. Хорваты скандировали Srbi – na vrbi! (Сербов на вербы!), «Герои» - Zagreb je Srbija! и Ubit cemo Tudmana! (Убьем Туджмана).
 
Затем гости разломали рекламные щиты, развешенные в их секторе, и рванули в атаку на хорватские сектора. В ход немедленно пошли сиденья, полетевшие над трибунами. Так началось прямое, рукопашное противостояние фанатов. Команды в это время находились на поле – как минимум, динамовцы все это видели воочию (были ли на поле в это время игроки Црвены Звезды, определить по архивному видео невозможно). Капитан Динамо Звонимир Бобан начал апеллировать к полицейским, указывая на беспорядки в секторах. Но правоохранительные органы до поры до времени не реагировали на происходящее никак.
 
Это было бы странным, если бы не один красноречивый факт – полиция на матче была в основном сербская. Поэтому дубинки пошли в ход только тогда, когда хорватские фанаты добрались до сектора «Героев» и сорвали их баннеры. Вот тут-то полиция и вспомнила о том, зачем она вообще-то нужна. Хорватские фанаты, убегая от полицейских, рванули на беговые дорожки – поначалу только на дорожки – а игроки Динамо в это время разминались на поле. Вообще когда смотришь видео тех событий (благо сохранилась запись трансляции почти в полном объеме), то возникает ощущение какого-то сюрреализма – игроки на поле, над трибунами звучит заводная балканская музыка, по дорожкам бегают фанаты, над трибунами летают оторванные сиденья…
 
Организаторы матча быстро сообразили увести футболистов в раздевалку – и это открыло фанатам новые горизонты. Уже не пару десятков смельчаков, как во время операции «Баннеры», а целая толпа ринулась к врагам прямо через поле. Добежали почти до ворот, за которыми и находился сектор «Героев», а далее в дело вступила полиция. После встречи с дубинками часть фанатов остались лежать на газоне, некоторые без сознания. Футболисты, оставшиеся на поле, принялись помогать своим болельщикам, а капитан Динамо Звони Бобан даже совершил свой исторический прыжок в полицейского. (Через некоторое время этот человек, кстати, не серб, а бошняк, публично заявил, что не держит зла на Бобана.)
 
Звонимира увели с поля те самые фанаты, которых он так рьяно бросился защищать. Но увести от сурового наказания футбольного правосудия они его не смогли – Бобан был дисквалифицирован на полгода, и о чемпионате мира в Италии мог забыть.
 
Фанаты Динамо разломали ограду вокруг своего сектора, подожгли файерами рекламу у ворот, притащили откуда-то флаг еще существующего тогда ГДР и ритуально сожгли  – за что периодически получали по голове от полицейских. Которые с помощью водометов и серьезного подкрепления через почти час противостояния таки сумели вытеснить фанатов за пределы стадиона, полностью очистив сектор. Любопытно, что сербские фанаты, которые, по сути, и начали побоище, все это время тихо-мирно находились на своей трибуне – только лишь поднявшись на второй ярус – и спокойно наблюдали за всем происходящим. А затем их постепенно начали выводить со стадиона под присмотром полиции. Противостояние полиции и динамовских фанатов же продолжилось на улицах Загреба…
 
Через шесть дней, 19 мая, Црвена Звезда на стадионе Югославской Народной Армии (ныне он носит имя своего клуба, Партизана) в финале Кубка Югославии обыграла хорватский Хайдук из Сплита. Единственный гол в матче на 12-й минуте забил македонец Дарко Панчев. Одним из тех, кто приложил немало усилий для общего триумфа Звезды, стал единственный хорват в составе белградской команды, Роберт Просинечки.
 
В июне сборная Югославии отправилась в Италию на свой, как окажется двумя годами позже, последний финальный турнир в общеюгославской истории. В составе той команды Ивицы Осима было пять игроков Црвены Звезды (Дарко Панчев, Драган Стойкович, Роберт Просинечки, Рефик Шабанаджович, Деян Савичевич) и два – загребского Динамо (Давор Шукер, Андрей Паданич).
 
А в августе 1990-го Желько Ражнатович на базе фанатской группировки Делиjе создал Сербскую Добровольческую гвардию. Гораздо более известной она стала под названием Арканови Тигрови, Тигры Аркана. Известной уже не в секторах стадионов, а на полях войны. Войны, которая оставила след, наверное, в каждой сербской, хорватской, боснийской семье. А самого Аркана сделала фактически вторым человеком в СРЮ. Даже несмотря на обвинения Международного трибунала по бывшей Югославии, среди которых были и такие совершенно не геройские, как изнасилование боснийской женщины в автобусе на заднем дворе гостиницы.
 
Ражнатович стал культовым персонажем тогдашней сербской молодежи, женился на местной поп-звезде Цеце (Светлане Величкович), завел себе кучу фирм и предприятий по всей Сербии. Любовь к футболу вылилась в покупку белградского клуба Обилич. Ныне прозябающая в любителях эта команда, носящая гордое имя национального героя Сербии (это именно князь Милош Обилич убил на Косовом поле султана Мурада Первого), в 1998-м стала чемпионом Югославии, а в Лиге чемпионов дома сыграла вничью с будущим финалистом, Баварией.
 
Именно футбол, по одной из версий, и стал причиной его гибели 15 января 2000-го. Его убил фанат Црвены Звезды, не простивший Желько измены любимому клубу с заштатным Обиличем. Хотя есть и более серьезные предположения – например, что это дело рук Слободана Милошевича, испугавшегося серьезной политической конкуренции со стороны Аркана… Убийство произошло в белградском отеле Интерконтиненталь, где за пять лет до этого гуляли главную свадьбу страны – Аркана и Цецы. Тогда Ражнатович арендовал всю гостиницу, теперь же хватило и одного холла.
 
Югославская Первая лига в общефедеральном виде просуществовала еще один сезон после загребского побоища, а затем оттуда снялись сначала словенские, а затем хорватские команды. Началась отдельная футбольная история бывших югославских республик. А на загребском стадионе Максимир в память печальных событий, закончившихся тяжелыми увечьями для 138-ми человек, установили памятный знак. «Тем болельщикам Динамо, для которых война началась 13 мая 1990 года сражением на этих трибунах и чья жизнь брошена на алтарь Отечества» - написано на этом знаке.
 
Владимир Мыленко, специально для Другого Футбола