Football.ua

К 150-летию футбола. Первый матч сборных (часть 2)

Football.ua в ознаменование 150-й годовщины со дня рождения футбола рассказывает о зарождении института национальных сборных.
26 October 2013, 14:59
Бей-беги: События
Рождение международного регби весной 1871 года и участие Куинз Парка в первом розыгрыше Кубка Англии доказали реальность продолжительного путешествия за несколько сотен миль, а также возможность организации матча настоящих футбольных сборных.
В марте 1872-го весьма насыщенный, в отличие от предыдущих, сезон оканчивался финалом первого Кубка Англии. Совсем скоро наступило летнее затишье, и футбольные баталии на несколько месяцев ушли с зеленых полей. Если говорить касательно сборной, то, скорее всего, с наступлением осени Футбольная Ассоциация взялась бы за очередной, шестой по счету неофициальный матч, так и не предприняв еще одну попытку позвать шотландцев.
В стане Куинз Парка, исполнившем заветное желание сыграть с англичанами (полуфинал Кубка Англии против Уондерерс в Лондоне), до поры до времени тоже царило умиротворение. Однако продолжалось это недолго. Давно брошенный Олкоком вызов был принят летом того же года, когда капитан англичан получил письмо от тогдашнего секретаря Куинз Парка Арчибальда Рэя, направившего все свое внимание на вопрос регулярного проведения двух международных встреч в сезоне, уточняя, что одна из них непременно должна устраиваться в Шотландии. После целой серии заседаний ФА Олкок в итоге отправил ответ, где ясно давал понять, что комитет Ассоциации вполне готов направить свою сборную на север приблизительно 23 ноября, но только с учетом, что транспортные и прочие затраты лягут на плечи хозяев.
3 октября в журнале заседаний ФА появилась запись: «Для продвижения интересов Ассоциации в Шотландию, было решено, что в течение сезона команда отправится в Глазго для проведения матча против шотландской сборной».
Куинз Парк, собравшись с духом, условия Олкока принял, полностью взвалив на себя всю ответственность за организацию матча. Вскоре под знаком всеобщей подготовки создается несколько подкомитетов, призванных навести различные справки о расходах на все составляющие проведения встречи и тому подобное.
Для клуба, недавно справившего свое пятилетие, это было великое дело. Причем уверенность в успехе витала в воздухе до последнего. Достаточно сказать, что в клубной казне на начало сезона было всего 7 фунтов 17 шиллингов и 1 пенс. Но даже несмотря на это, во время общего октябрьского собрания гарантия того, что все необходимые денежные средства должны пойти по назначению, была получена. Безусловно, шотландцы здорово рисковали. Билеты, реклама, безопасность и другие проблемы еще предстояло решить. Малоопытные футбольные энтузиасты руководствовались лишь природными способностями, поскольку действительно ценного опыта в таких вещах ни у кого из них не было. Однако оно того стоило, и все это прекрасно понимали.
В непрекращающемся процессе работы рано или поздно должен был встать вопрос собственно и о месте проведения игры. Поначалу посодействовать вызвался регбийный клуб Глазго Академикалс, добродушно предоставлявший собственный Бернбанк Граунд (в будущем первое постоянное пристанище Глазго Рейнджерс) абсолютно бесплатно. С другой стороны, такое редкое и в то же время грандиозное событие требовало более вместительного и популярного места. Таковым оказался стадион крикетного клуба Вест оф Скотланд под названием Гамильтон Кресент, который запросто мог принять порядка трех-четырех тысяч зрителей, но не задаром. В принципе оба этих клуба вместе со своими полями находились в паре миль друг от друга, но Куинз Парк все же предпочел второй вариант, погнавшись за качеством ценою в 20 фунтов.
Дальше дело стало уже и за главными действующими лицами, то бишь футболистами. 19 октября в TheScotsman появилось объявление Арчибальда Рэя:
«Международный футбольный матч
3 Вейлвью Террас, Кэткарт, Глазго, 14 октября 1872 года.
Сэр, данный матч будет сыгран в начале этого сезона. Позвольте мне через Вашу газету пригласить шотландских игроков, имеющих желание принять участие в матче. Для этого требуется лишь направить свое имя и адрес лично мне, или же непосредственно через капитана или секретаря клуба, не позднее понедельника 21-го числа, в связи с тем, чтобы в распоряжении имелось время для совместного сотрудничества и практики.
Арч. Рэй, почетный секретарь футбольного клуба Куинз Парк».
24 октября на заседании Футбольной Ассоциации окончательно была установлена дата проведения встречи. Англичане ранее предлагали понедельник 2 декабря, но шотландцы сочли этот день неприемлемым, уже практически точно выбрав субботу 30 ноября. Помимо всего прочего в Лондон все чаще приходили заявки из различных клубов со всей страны, в том числе и из крупных футбольных центров вроде Шеффилда и Ноттингема. Это говорило лишь о том, что родоначальники собираются предстать в Глазго во всеоружии.
На севере газетный призыв Рэя также приняли многие игроки, в том числе и Томас Чалмерс из Глазго Академикалс, участник первого международного регбийного матча. С наступлением ноября Куинз Парк устроил пару тестовых матчей, правда, толку в этом было мало. Тот же Чалмерс по причине отсутствия должных навыков игры занял место в воротах, и на удивление недурно себя проявил, даже беря в расчет, что обе тренировочные игры прошли в чрезвычайно неподходящих условиях – буквально в болоте. Чуть позднее стало предельно ясно, что приглашенные игроки (по большей степени регбисты), не обладавшие необходимым футбольным опытом, в противостоянии с южными соседями – не помощники, что впоследствии сказалось на окончательном составе шотландской сборной.
Англичане в свою очередь о дополнительной игровой практике не задумывались. В последнюю неделю октября стартовал второй розыгрыш Кубка Англии, и при этом не стоит забывать о богатом обилии товарищеских матчей и популярных встречах сборных выпускников элитных школ. Последствия одной из таких игр, состоявшейся 16 ноября, оказались печальными для сборной Англии. Выступая за команду бывших учеников Харроу, Чарльз Олкок обзавелся травмой и после нескольких дней тревожных дебатов о ее серьезности, капитан все-таки признал, что помочь на шотландской земле он не в силах. В дополнение необходимо сказать, что в том же матче и по той же причине потерял возможность сыграть в составе Трех львов и нападающий Уондерерс Мортон Беттс.
А ведь еще вечером 14 ноября на собрании ФА был утвержден предварительный состав сборной с двумя резервистами и еще несколькими кандидатами. И вот так, за две недели до игры, южане лишились двоих основных футболистов, которые с уверенностью можно сказать, вышли бы на поле Гамильтон Кресент. Список тот, кстати, выглядел так:
Основа: Чарльз Олкок (Уондерерс), Мортон Беттс (Харроу Чекерс), Чарльз Ченери (Кристал Пэлас), Чарльз Клегг (Шеффилд), Эрнест Гринхол (Ноттс Каунти), Алек Мортен (Кристал Пэлас), Фредерик Чэппелл (Оксфордский университет), Чарльз Морис (Барнс), Катберт Оттауэй (Оксфордский университет), Томас Хуман (Уондерерс), Роберт Уэлч (Уондерерс);
Резерв: Джордж Холден (Клэпэм Роверс), Уильям Мэйнард (Первый пехотный полк Суррея);
Кандидаты: Джон Брокбанк (Кембриджский университет), Роберт Баркер (Хертс Рейнджерс), Г. Б. Соден (Кристал Пэлэс), Э. Б. Бэйллон (Ноттингем).
В течение двух недель перед отправкой в Глазго к травмированным Олкоку и Беттсу присоединились занемогшие Хуман и Холден. Алек Мортен, до игры безоговорочно считавшийся главным кандидатом на вратарский пост, по неизвестным причинам тоже оказался вне игры. Неурядицы с составом и приближавшаяся ответственная дата вскоре заставили комитет сборной ввести в заявку шеффилдского студента Оксфордского университета, имя которому Арнольд Кирк Смит.
Новым же капитаном стал другой студент Оксфорда по имени Катберт Оттауэй – выдающийся спортсмен 22-х лет от роду, превосходный футболист, выходец из весьма обеспеченной семьи, обладавший крепким характером и духом победителя, помноженными на присущий снобизм и надменное поведение. Изменения происходили в последние дни и другой кандидатуры в отсутствие Олкока, глядя на остальную команду, подобрать было никак нельзя.
Катберт Оттауэй
На другом берегу Твида дела шли не менее натужно. В стране горцев по правилам Ассоциации играли всего с десяток клубов, да и то большинство из них считались в этом деле новичками. Ко всему прочему, организованной системы, подобной ФА, по-прежнему не существовало, отсюда понятно, что собрать поистине сильнейшую сборную было невозможно. 25 ноября Куинз Парк, наконец, объявил состав, будучи убежденным, что ответственность за полную организацию и поставленная на карту репутация позволяют представлять Шотландию в грядущем поединке только членам клуба:
Основа: Роберт Гарднер, Уильям Кер, Джо Тэйлор, Джеймс Томсон, Джеймс Смит, Роберт Смит, Роберт Леки, Алекс Ринд, Уильям Маккиннон, Джеймс Уэйр, Дэвид Уотерспун.
Резерв: Уильям Кей, Александер Бродфут.
До матча оставалось всего несколько дней. Ажиотаж не только в Глазго, но по всей Британии являл собой невероятный уровень. Газетные объявления на улицах города сообщали не только о предстоящей игре, но и о дополнительных автобусах (видимо, паровых и конных), которые будут ходить из центра прямиком к стадиону, располагавшемуся на западе.
Команда Англии была «отобрана из огромного числа кандидатов, многие из которых являли собой блестящие футбольные образцы». Официальные представители сборной и семеро игроков приехали в Глазго в ночь перед матчем, сполна насладившись добродушным приемом и отдыхом в королевском отеле Каррикс, на следующее утро присоединившись к Олкоку и остальным членам команды.
Родоначальники прибыли в могучем составе, каждый из игроков которого считался одним из лучших в своем клубе или университете. Со стороны вся эта ситуация выглядела как неравная схватка. Южане выглядели словно истинные титаны игры и безоговорочные фавориты, тогда как северяне смотрелись презренной маленькой армией, противостоящей непобедимому войску. Национальный шотландский дух в те дни был сродни вышеупомянутому ажиотажу.
30 ноября 1872 года. Гамильтон Кресент. Шотландия – Англия
Что и говорить, а 30 ноября, в день Святого Андрея, немалая доля населения третьего города Британии буквально жила грядущим футбольным матчем, первым в своем роде и на все времена. Один из самых благополучных районов Глазго под названием Партик, вероятно, никогда не видел такого количества народа всех мастей, тянувшегося по улицам в направлении всем известного крикетного стадиона. Глядя на происходящее, никто бы не поверил, что все это как-то приурочено к футбольному матчу, поскольку в Шотландии подобное ранее не случалось. Тысячи людей, будто следуя примеру хмурых туч, скрывших в то утро солнце, бесконечно заполняли Гамильтон Кресент, при входе уплатив по одному шиллингу.
На западе Глазго царила прекрасная атмосфера. Время подходило к назначенным двум часам дня и вскоре футболисты показались на поле с целью немного поразмяться перед игрой. Хозяева вышли в синих рубахах с «шотландским львом» на груди, белых брюках, бело-синих гетрах, и своего рода колпаках красного цвета в качестве головного убора. Англичане же облачились в темно-синие кепки, белые рубахи с гербом страны и такого же цвета брюки и бриджи.
Шотландия: Роберт Гарднер (капитан, 25 лет), Уильям Кер (20 лет), Джо Тэйлор (21 год), Джеймс Томсон (20 лет), Джеймс Смит (24 года), Роберт Смит (29 лет), Роберт Леки (26 лет), Алекс Ринд (23 года), Уильям Маккиннон (20 лет), Джеймс Уэйр (21 год), Дэвид Уотерспун (23 года)
Англия: Роберт Баркер (25 лет, Хартфордшир Рейнджерс), Эрнест Гринхол (23 года, Ноттс Каунти), Роберт Уэлч (21 год, Уондерерс), Фредерик Чэппелл (23 года, Оксфордский университет), Уильям Мэйнард (19 лет, Первый пехотный полк Суррея), Джон Брокбанк (24 года, Кембриджский университет), Чарльз Клегг (20 лет, Уэнсдэй), Катберт Оттауэй (капитан, 22 года, Оксфордский университет), Чарльз Ченери (22 года, Кристал Пэлас), Арнольд Смит (22 года, Оксфордский университет), Чарльз Морис (22 года, Барнс)
После капитанского главным английским вопросом оставался вратарский. За неимением действительно достойной кандидатуры, место Алека Мортена было решено отдать на откуп Роберту Баркеру, как самому тяжелому и малоподвижному среди остальных футболистов. К тому же Баркер имел немалый регбийный опыт, что естественно означало свойственное умение играть руками. Если же затронуть тему шотландского капитана и стража ворот Роберта Гарднера, то нужно обязательно уточнить, что он так и вовсе впервые попробовал себя между стойками всего несколько месяцев назад, и, как видно из последующих событий, совсем не зря. Иначе говоря, шансы в этой связи выглядели равными.
Роберт Гарднер
В целом же о шотландцах можно сказать, что состав их был просто-таки единым целым, во многом за счет того, что все игроки представляли один клуб. Все полагалось на слаженную командную игру и постоянную активность. Тактической схемой скоттов предположительно была расстановка 2-2-6, что по тем временам считалось эдаким новшеством, по крайней мере, в сравнении с южными гостями, использовавших 1-1-8, поскольку вся их игра строилась на индивидуальном мастерстве и дриблинге.
Обязанности главного рефери в этом поединке взял на себя Уильям Кей, занимавший в Куинз Парке на ту пору должность казначея. От соперничающих сторон в ранге судей выступили Чарльз Олкок и президент глазвегианского клуба Генри Смит.  Приблизительно в 14:15 по лондонскому времени дело дошло до жеребьевки между Оттауэем и Гарднером, удача в которой сопутствовала последнему. Поскольку поле имело небольшой наклон, то англичан ожидало нелегкое испытание в виде двукратной затраты сил для организации атаки в горку. Шотландцы, вполне возможно, рассчитывали на такую благосклонность жребия, тем более что поле, любезно промоченное ночным дождем, стало довольно мягким.
И все же гости получили право вводить мяч в игру, чем и попытались воспользоваться в первые минуты. Благо, что смотрелись они заметно крупнее своих миниатюрных, но чрезвычайно подвижных оппонентов. Оттауэй на правах капитана смело пошел вперед: хороший удар в сторону ворот соперника без труда вынесли шотландские полузащитники, что привело к некоторой стычке, однако Катберт уверенно разобрался с противниками, и вновь умчался с мячом на вражескую территорию, выполнив чуть неудачный выстрел с 15 ярдов.
Скотты в свою очередь в небольшой спешке затеяли ответные действия. Хозяйское нападение во главе с Робертом Леки в прекрасном стиле преодолело оборону противника, устроив тесную осаду английских владений, что вызвало бурные аплодисменты тысяч зрителей. Англичане же без всякого смущения вышли из трудной ситуации, вскоре добравшись до чужих ворот и заработав угловой, подача которого ни к чему весомому, правда, не привела. А чуть погодя капитан Трех львов вновь показал себя уникальным дриблером, подхватив мяч, потерянный Уэйром, и накрутив едва ли не всю шотландскую команду, заслуженно удостоившись зрительских оваций.
Игра шла обоюдоострая, обе сборные словно договорились атаковать по очереди, испытывая судьбу. Теперь уже Ринд и Уэйр на пару создали отменную атаку, едва не доведя дело до удара – Роберт Уэлч оказался непроходимым редутом. Южане тем временем ответили взаимностью, совершив два опаснейших наскока, предотвращенных защитой хозяев. Горцы, однако, тут же последовали примеру оппонента, аналогично дважды заставив его поволноваться. Теперь к Уэйру и Ринду присоединился Леки. На троих они сообразили еще одну остроту у чужих ворот. К счастью, вовремя на помощь пришел Эрнест Гринхол, обезвредивший один момент за другим, что есть мочи выбив мяч подальше. Но это оказалось только лишь небольшой передышкой для защищавшихся англичан, ведь шотландцы не собирались снова терять инициативу. Все тот же Джеймс Уэйр, находившийся в сильном возбуждении, вероятно от неожиданно равной игры, воспользовался неразберихой между Оттауэем и Гринхолом, обойдя их обоих. Впрочем, удара не последовало, потому как капитан южан в который раз превосходно себя проявил, благодаря прекрасной скорости и реакции поспев остановить форварда хозяев. Этот момент, надо сказать, произвел на английскую команду воодушевляющий эффект, что незамедлительно вылилось в очередную угрозу для взятия шотландских ворот.
Скотты, продолжая держать темп, путем недюжинных усилий ворвались в самое сердце английской обороны, где развернулись самые яркие события первых 45 минут матча: Роберт Леки уличил наилучшую возможность для удара, направленного прямиком в створ ворот соперника; весь стадион буквально взорвался от восторга, полагая, что счет открыт. Но не тут-то было. Сразу же произошла остановка, в ходе которой обсуждался факт взятия ворот. И к величайшему разочарованию сотен собравшихся шотландцев, выяснилось, что мяч прошел в каком-то дюйме над веревкой, посему нулевая ничья так и осталась в силе.
Возникший перерыв позволил командам совершить вратарскую рокировку. Роберт Баркер поменялся позициями с молодым Уильямом Мэйнардом, а у шотландцев свои атакующие навыки принялся демонстрировать Роберт Гарднер, пост которого достался Роберту Смиту. После смены сторон обе сборные взвинтили обороты. Особенно это касалось англичан, наконец, получивших преимущество неровности поля. Шотландцам предстояло укротить Трех львов, так яростно и беспощадно властвовавших на чужой половине.
Сначала последовал удачно отраженный натиск, зачинателями и исполнителями которого выступили Оттауэй, Клегг, Смит и Морис. Но после некоторой паузы вышеупомянутый квартет воплотил в жизнь новую атакующую мысль. Горцы лишь за счет невиданной сплоченности сумели не только отбиться, но и достойно ответить. При этом сборная Англии не переставала все большими силами идти в нападение, которое своевременно дополнил активностью Джон Брокбанк. В течение нескольких минут мяч то и дело блуждал по шотландской половине поля, правда, без особого успеха.
Меж тем, северяне, благодаря объединенным усилиям Уэйра, Ринда, Уотерспуна, Леки и Кера, выбрались от своих ворот. Но дойдя до чужих, преобразовать этот кратковременный успех во что-то существенное не сподобились, поскольку Фредерик Чэппелл буквально в одиночку оставил не у дел полдюжины игроков соперника, тем самым обеспечив безопасность собственной обороне и получив восторженные приветствия очевидцев.
Время уже близилось к концу, и подумалось, будто хозяева смирились с результатом, да и усталость давала о себе знать. Однако в последние минуты южане напоследок прижали хозяев к воротам. А самым запоминающимся моментом остался проход Джона Брокбанка, рванувшего прямиком на Маккиннона и Уотерспуна, что, в конце концов, привело к болезненному столкновению, и все трое скорее от бессилия тут же повалились на землю. Через несколько минут мяч весьма символично оказался в центр поля, дабы застать окончание выдающейся игры. Овации не смолкали вплоть до ухода футболистов с поля, которые поочередно отблагодарили свои команды, обменявшись троекратным «ура!».
С наступлением вечера все участники и организаторы собрались на торжественный ужин в отеле Каррикс, дабы достойно отметить потрясающее и грандиозное футбольное празднество. Все ведущие британские газеты в последующие дни бесконечно восхищались случившимся зрелищем. Около четырех тысяч зрителей, включая прекрасных дам, коих пропускали бесплатно, посетили сей матч, что гласило о его чрезвычайной исключительности.
Антон Горовик, специально для Football.ua