Football.ua

Первые легионеры

“Бей-беги” рассказывает об первых легионерах, оказавшихся в чемпионате Англии.
26 January 2017, 18:52
Бей-беги: Личности

Английский футбол уже не тот. По крайней мере, до недавнего времени так утверждал бывший председатель ФА Грег Дайк, раз за разом поднимая на поверхность неудобный для большинства клубов Премьер-лиги вопрос о легионерах и их пагубном влиянии на развитие чемпионата в целом. И надо признать, что как только повторяющий с года в год данное утверждение, словно мантру, Дайк оказался в кресле функционера, то сразу принял несколько важных мер, касающихся количества “доморощенных” игроков – как говорится, все сделано исключительно в интересах главной команды страны. Сборная Трех львов и в правду страдает – этого мнения, кстати, придерживается не один экс-глава Футбольной ассоциации. Йоахим Лев, выиграв чемпионат мира-2014, объяснил любопытным журналистам, почему представитель Туманного Альбиона в очередной раз провалился на крупном международном турнире:

“Большой процент легионеров в английской Премьер-лиге вредит сборной и усложняет работу тренера. Большое количество иностранцев в АПЛ – одна из проблем национальной команды Англии”, – кратко, но доходчиво резюмировал немецкий специалист.

За последние годы доля англичан в их же лиге колеблется на отметке 32-35%, но благодаря правилу Дайка прогнозируется сдвиг в позитивную сторону, плюс в дальновидной и откровенно туманной перспективе на текущее положение повлияет Брексит (если он, конечно, будет полностью реализован). Некогда о легионерах в негативном ключе отзывался даже Арсен Венгер, не говоря уже об местных тренерах.

Но когда все началось? Кого следует в этом благодарить? Принимая во внимание актуальность проблемы, попытаемся разобраться в вышеперечисленных вопросах.

Первым легионером-любителем на просторах Первого дивизиона стал некий Уилфред Хью Уоллер, игравший на позиции голкипера. Самое примечательное, что Уилф родился в 1877 году в Южной Африке (на территории нынешней ЮАР), где и занялся футболом. Остается лишь догадываться, когда это случилось, и кто научил его азам игры, но можно не сомневаться, что это сделали европейцы, господствовавшие на правах колонизаторов на черном континенте.

О жизни Уоллера сохранилось не так много информации, как бы хотелось – известно, что на остров он попал со своей командой как раз благодаря колонизаторам, организовавшим в 1899-м турне в Англии, но домой не поехал, примкнув к любительскому лондонскому коллективу под названием Коринтиан. Сюда же добавим маленькую отсылочку – да, в честь этого скромного клуба назван один из самых известных бразильских грандов.

Так Уилф остался в метрополии, где недолго поиграл за Тоттенхэм Хотспур в рамках Южного Альянса (если верить немногочисленным источникам, его последняя игра за Шпор против Вест Хэма увенчалась “сухой” победой со счетом 7:0), а затем примерил футболку Болтона, с коим попробовал свои силы в тогдашней элите. На тот момент он был видным и довольно востребованным исполнителем – к примеру, ему посчастливилось угодить в список игроков любительской сборной Англии и посетить с “гастролями” Германию и Австрию.

Статистика утверждает, что за два сезона, проведенных со Странниками, Уоллер появился на поле, казалось бы, скудных шесть раз. Шесть раз! В защиту необходимо возразить – не принявший статус профессионала Уилф не обязывался и не ограничивался никакими контрактными условиями или нюансами. Покопавшись в истории, можно найти массу схожих случаев – самым показательным примером являлся легендарный нападающий Тоттенхэма и Челси Вивиан Вудворд, который, будучи любителем, играл, когда имел, грубо говоря, на это свободное время, поскольку параллельно пытался построить карьеру архитектора. Поэтому кроме Болтона Уоллер одновременно “засветился” и в рядах шотландского Квинз Парк, и в Южной лиге, пару раз выручив Саутгемптон.

Уилфу едва не улыбнулась удача – Святые, в связи с травмой основного стража ворот Джека Робинсона, в экстренном порядке искали достойную замену. Уоллер всерьез рассчитывал, что затмит коллегу по позиции и получит приглашение на постоянной основе – он весьма удачно отыграл поединок против Лутон Таун, завершившийся со счетом 4:3. Но чуда не произошло – Робинсон оправился, и южноафриканца позвали только через полгода. Поиграв еще немного в Уотфорде и Эйлсбери Юнайтед, Уоллер в 1903 году вместе с родными вернулся в Африку.

А вот первым профессиональным игроком стал немецкий правый полузащитник Макс Сибург. Мальчик родился 19 сентября 1884 года в Лейпциге, в семье частного предпринимателя и скорняка Франка Сибурга. В 1886-м семейство покинуло Германию и перебралось в Лондон, где отец будущего футболиста открыл небольшой, но прибыльный бизнес – магазин шуб, прямо возле людного Тауэрского моста. Так что сам паренек, как вы понимаете, получил хорошее образование и безбедно вырос в южной части города, где, прежде чем перейти на серьезный уровень, поиграл за ряд любительских клубов.

В 1906-м в услугах Сибурга заинтересовался Челси, но так и не предоставил новичку желанной игровой практики. Разочарованный Макс не сложил рук и подался искать счастья в уже упомянутом ранее Тоттенхэме, все еще сражавшимся за первенство Южной лиги. Там дела пошли куда лучше – Сибург, размещаясь на поле преимущественно под нападающим или на привычном для него правом фланге, сыграл пятнадцать матчей, при этом отличившись пятью голами. Неплохо!

В сезоне 1908/09 финансово стабильные Шпоры вместо Сток Сити заявились во Второй дивизион и сразу стали претендентами на повышение, правда, Сибург фактически не был очевидцем этих событий – его переманил Лейтон Ориент; свой заключительный матч в белой форме Макс провел против Халл Сити 26 сентября 1908 года. Игра закончилась неутешительно (с минимальным счетом 1:0 в пользу Тигров), но с точки зрения истории признана знаковой – Сибург официально обрел звание первого легионера-профессионала.

Позже Макс побывал еще в Бернли и Гримсби Таун, пока окончательно не завершил выступления в Рэдинге в 1913-м. Понимая, что жизнь футболиста скоротечна, но обладая отцовской предпринимательской жилкой и неким капиталом, Сибург в том же году открыл бар. Вот она, перспектива размеренной и вполне успешной жизни. Ага, куда там! В июле 1914-го грянула Первая мировая война, и в дверь полузащитника любезно постучали.  

Тот факт, что Сибург практически с рождения жил в Англии никого не беспокоил, поскольку в данной ситуации значение имело лишь одно – его гражданство. Так Макс угодил за тюремную решетку – парня подозревали в шпионаже и передаче якобы секретной информации государственной важности немецкой стороне, то бишь вражеской. Сибург, естественно, ничем подобным не обладал, поэтому его заключение носило скорее профилактический характер – несомненно, об инциденте раструбили ведущие СМИ, тем самым демонстрируя, что у власти нет особых преград и отвечать за поступки будут абсолютно все, даже публичные и знаменитые люди.

“В субботу, 24 октября 1914 года Макс Сибург, известный профессиональный футболист, который в сезоне 1912/13 играл за Рэдинг, был арестован в Рэдинге в следствии с новым законом против иностранцев” – гласила заметка в газете Yorkshire Evening Post.

Вскоре обескураженного Макса перевели в лагерь для интернированных в Ньюбери, но спустя три недели, к счастью, отпустили – бывшего футболиста вытащили на свободу имеющиеся связи в Лондоне. Правда, вернувшись в столицу Великобритании, он был неприятно шокирован – за время вынужденной “отлучки” власти лишили его любимого паба и бизнеса. Вот такие дела! Но стоит отметить, что Сибургу на фоне других, между прочим, крупно повезло – как правило, интернированные граждане пребывали в неволе вплоть до прекращения военных действий и капитуляции Германии.

Внезапно обедневший, но педантичный и спокойный Макс не растерялся и постепенно, шаг за шагом, выкарабкался из тяжелого положения – работал плотником, стюардом на матчах Рэдинга, столяром, в общем, брался за любую работу, чтобы сводить концы с концами.

Дальнейшая судьба Сибурга сложилась более радужно – в 1920-м он наконец-то стал подданным британской короны, женился, у него родилась дочь Маргарет, с которой он регулярно посещал игры ставшего любимым Рэдинга. Да и если не считать многих социальных потрясений, плюс двух мировых войн, то Макс прожил самодостаточную жизнь, пока не умер в Тетчеме в 1972 году.

А следующим немецким легионером, настоящим изгоем и легендой стал небезызвестный Берт Траутманн