Football.ua

Мирослав Блажевич: 28 команд, 6 внуков и 3 паспорта

Несмотря на свой возраст, 81-летний Мирослав Блажевич не теряет чувства юмора и любви к жизни. А также своей невероятной популярности, в чем убедились корреспонденты журнала FIFA 1904, в интервью которым хорватский идол поведал о некоторых вехах своей богатой карьеры.
14 July 2016, 21:05
Інше

Когда Мирослав Блажевич прибыл в столицу Хорватии, то спустя три минуты он уже был окружен толпой школьников, которые хотели сфотографироваться или взять автограф. Через три шага Блажевича остановила монашка, схватила за руки и начала шептать в ухо: "Я молилась на тебя, Чиро". Пересечь площадь и добраться до маленького ресторанчика ему удалось лишь спустя 15 минут...

— Господин Блажевич, мы видели, как остановился трамвай, когда водитель Вас увидел.

— Да, они всегда так делают. А я машу им рукой, говорю "спасибо".

— Приятно быть таким популярным?

—Моей жене не нравится, когда люди подходят на улицах и пытаются завязать беседу, сфотографироваться или еще что-то в этом роде. Но лично я рад каждой встрече. А в Боснии, где я родился, мне уделяют еще больше внимания. Нужно этим наслаждаться: в конце концов, я ведь могу завтра умереть.

— Школьники тоже машут Вам руками. Что они знают о Вас и Вашей карьере?

— Дети, наверное, узнают меня из-за рекламы салями, к тому же я все еще немного занимаюсь политикой и появляюсь в газетах. А может, им что-то рассказывали отцы или дедушки.

— Вы сами-то знаете, сколько профессиональных команд тренировали за всю жизнь?

— Понятия не имею. А ну-ка удивите.

— Попробуйте угадать.

— 26?

— 28.

— Ничего себе.

—В одном только загребском Динамо Вы работали четыре раза.

— Первый срок в Динамо был чудесный. Тогда я сформировался как тренер, и мы удивляли своей игрой весь регион. 

— А было это в начале 80-х...

— Да,  1982-м. Мы выиграли чемпионат Югославии впервые за 24 года. Можете себе представить, как все на это отреагировали? Динамо Загреб продало 42 000 сезонных абонементов. 42 000! В этом с нами могла сравниться разве что Барселона. Хорошо, что я тогда оказался в Загребе.

— Но пик Вашей карьеры был позже, когда Хорватия заняла третье место на чемпионате мира 1998 года.

— Это был исторический момент. Никто у нас этого не отнимет. У меня осталось много хороших воспоминаний о том турнире. То третье место помнит каждый хорват, как видите (смеется). Но лично для меня вершиной был 1982 год, хотя не все с этим согласятся. Турнир во Франции затронул сердца всех наших граждан, да и война тогда отгремела совсем недавно. 

—Люди до сих пор говорят о том, как Вы прошли в полуфинал, одолев Германию со счетом 3:0?

— О, это было что-то.

— Тот матч?

— Не сам матч, а все, что было до и после него. Перед игрой я всегда излагал свой тактический взгляд, для меня это было важно. Нужно вложить всю свою энергию, чтобы в итоге получился план, иначе нет смысла выходить на поле. Тем не менее, в день матча, когда все ждали моего плана, мне нечего было сказать. Я просто позеленел, мне стало плохо от напряжения. А когда игроки увидели меня в таком состоянии... Ну, Вы сами понимаете. Это отразилось на команде.

— Вы просто так отправили игроков на поле?

— Я специально 7 минут ничего не говорил в раздевалке. До сих пор помню их лица — белые, как бумага. Но они все равно выиграли. 

— Интересно. Какой же это психолог использует страх для мотивации?

— Страх не парализует команду. Он может зарядить игроков энергией и помочь пройти сложный период. 

— В этом был секрет успеха на чемпионате мира 1998 года?

— Нет, только в четвертьфинале против немцев. А в целом на турнире я говорил игрокам, что нужно стараться занять первое место.

— Серьезно?

— Это звучало не так уж и фантастически. У нас хватало игроков мирового класса: Шимич, Бобан, Шукер... Да и нынешний состав тоже не хухры-мухры: Модрич, Манджукич, Перишич, Ракитич... У Хорватии сильная команда. Все эти ребята играют за величайшие клубы планеты.

— Нынешний тренер сборной Анте Чачич обращался к Вам за советами?

— Мы общаемся время от времени.

— Каким в наши дни должен быть хороший тренер?

— В профессиональном футболе есть семь ключевых факторов: талант, мотивация, характер, ум, трудоспособность, амбиции и удача. Чем больше из перечисленного у Вас есть, тем выше шансы на успех. А "ум" не значит научную степень в ракетостроении: умение пользоваться инстинктами — это тоже ум.

— Пеп Гвардиола — лучший тренер современности?

— Не могу сказать наверняка. Он отлично справляется со своей работой, но есть еще и Жозе Моуриньо. Наверное, о тренерах можно судить лишь по истечении определенного времени, лет 20-ти, как в случае с Фергюсоном в Манчестер Юнайтед. Хороший тренер — это не только тактика и системы. 
(Блажевич берет сигарету в зубы, и молоденькая девушка вскакивает из-за соседнего столика, чтобы ему подкурить)

— У Вас была репутация строгого тренера, а сейчас так и не скажешь.

— Со звездами в сборной Хорватии нужно было вести себя жестко. Иначе они не стали бы слушать. Дисциплина и порядок имеют огромное значение. Но я действительно был немного строгим.

— Современные футболисты слишком разбалованы?

— Да, но и раньше было точно так же. Все зависит от тренера: что он им позволяет, а что — нет. Игроки могут быть разбалованными и дурашливыми — я не против. Но когда доходит до дела, они должны выполнять свою работу. Я ни разу не выигрывал матч, если футболисты дурачились в раздевалке перед игрой.

— Где Вы получили самый ценный тренерский опыт?

— В Швейцарии, там, где все и началось. В конце 60-х я закончил играть и сразу же захотел тренировать. Все необходимые тренерские значки у меня уже были, но никто не предлагал мне работу. Лишь спустя некоторое время появилось место в третьем швейцарском дивизионе. А через 6 лет я выиграл чемпионат Швейцарии со Сьоном, и один местный журналист написал: "Блажевич — лучший тренер в мире". И я ему поверил! (смеется) Это было начало моей тренерской карьеры.

— В 18 лет Вы выиграли чемпионат Югославии по лыжным видам спорта...

— Оба моих брата умерли на войне — в 1942-м и 1944-м. Родители тоже умерли рано, так что я остался со своими тремя сестрами. Такие вещи отражаются на человеке. Я стал очень амбициозным и выиграл тот турнир, о котором Вы говорите, в 1953 году. А уже потом переключился на футбол. 

— Будете ли Вы еще тренировать?

— Нет, с этим покончено.

— Вы так уже говорили в 70 лет. 

— Теперь решение окончательное. Футбол — это моя жизнь, но теперь мне нравится просто смотреть со стороны. Приятно, что обо мне не забывают. О чем еще можно мечтать?

FIFA 1904

Перевод Юрия Паустовского