Football.ua

Время перемен: как "новый Гиггз" покинул футбол и стал зарабатывать миллионы на продаже часов

От Рамона Калисте ожидали больших свершений — и он их достиг, но совершенно в другой отрасли.
7 June 2018, 15:50
Англія

Некогда подающего надежды воспитанника Манчестер Юнайтед называли "новым Райаном Гиггзом", а он тренировался в основной команде с такими ребятами, как Криштиану Роналду и Уэйн Руни.

У Рамона не сложилось с "красными дьяволами", и он отправился в Ливерпуль, где стал лучшим бомбардиром резервной команды.

Из-за отсутствия шансов пробиться в основу, Калисте воспользовался советом тогдашнего главного тренера сборной Уэльса и в 2006 отправился в Сканторп.

Однако там случился жестокий поворот судьбы. Во время первого предсезонного матча за Сканторп он вывихнул лодыжку, раздробил кость и серьезно повредил связки.

Помыкавшись еще по таким клубам, как Фарнборо и Кэмбридж, Рамон осознал, что на свой былой уровень уже не вернется.

Поэтому Калисте переключил внимание на часы. В 2013 году он открыл Global Watches – компанию, которая занимается продажей часов – таких, как Rolex, Audemars Piguet и Hublot.

Бизнес Рамона приносит ему ориентировочно 5 млн фунтов в год, а среди его клиентов – футболисты, знаменитости и другие толстосумы.

"Когда я понял, что футбол меня не прокормит, что я решил, что нужно двигаться дальше и пробовать что-то иное. Я увлекся часами, используя свои контакты из мира футбола", — рассказал Калисте Sun.

"Как только я увидел, что это может стать прибыльным бизнесом, я основан Global Watches, которая стала сильной компанией с миллионным оборотом. Я хочу, чтобы она и дальше росла, а через 5-10 лет – продам ее, как это недавно произошло с Watchfinder".

Рамон признается, что в ту пору был абсолютным новичком в бизнесе. Однако ему помогла записная книжка. В ней было много футболистов, которые доверяли ему благодаря знакомству во время игровой карьеры.

"Управлять любым бизнесом очень сложно. Когда ты имеешь дело с ценными товарами, это связано со многими сложностями. Мы делаем все по букве закона, очень важно, чтобы была прозрачность".

"Мне повезло, что этот бизнес с самого начала был очень соблазнительным. Некоторые из наших часов продавались по 250 тысяч фунтов".

"Мое футбольное прошлое тоже помогало. Я продавал часы игрокам, они мне доверяли. Даже сегодня, когда клиенты появляются онлайн, они видят, что это я и им комфортно у меня покупать".

"Возможно, есть и более сильные компании, чем моя. Но мое игровое прошлое помогает бизнесу".

"У нас очень хороший сервис, мы отлично относимся ко всем клиентам, не только футболистам. Все начиналось с офиса в Мейфейре. Сейчас у нас есть магазин в Северном Лондоне. Когда имеешь дело с футболистами, у которых десятки миллионов, то лучше позаботиться обо всем. Им нужен хороший сервис, и это помогает продавать".

"У меня отличные отношения с игроками, я знаю, что они ищут".

Рамон признается, что в обычный день они продают часы по 50-70 тысяч фунтов. Но иногда бывают и за 150-200 тысяч, когда речь идет о коллекционных образцах.

"У моих клиентов есть возможность зарабатывать на моих часах, если они захотят их продать в будущем. Я считаю себя консультантом. Я знаю часы изнутри, и поэтому советую своим клиентом, что покупать".

"Иногда они приходят ко мне с пожеланиями, и я прямо говорю, хорошая это идея или плохая. Я не хочу, чтобы кто-то терял много денег, когда пожелает продать свои часы".

Заглядывая в будущее, Рамон надеется открыть больше магазинов, чтобы сделать свою фирму всемирно известной. Он также надеется заняться недвижимостью и отойти от дел в 50 лет. Сейчас он уже не жалеет о своей футбольной карьере.

"Скаут Манчестер Юнайтед Тони Хопкинс следил за мной два года, когда я учился в Кардиффе".

"Сначала я подписал контракт с Ковентри, но не был там счастлив. Меня вызывали в сборную Уэльса U-19, когда мне было 13, но Ковентри не разрешил мне сыграть. Думаю, они боялись, что кто-то увидит, как я играю и впечатлится".

"Так что я дождался окончания контракта, вернулся в школу, а в 2000 перебрался в Манчестер Юнайтед. На Олд Траффорд я встретился с сэром Алексом Фергюсоном и это было незабываемо. Я видел все впервые, вошел в знаменитую комнату, где он со всеми встречался".

"Это было нечто особенное. Там была аура великого человека".

Рамон не играл за первую команду МЮ, но у него была возможность тренироваться со звездами "красных дьволов". Несколько раз он играл на тренировках с Уэйном Руни и Криштиану Роналду.

"Мы не всегда тренировались с первой командой, но иногда проводили игры пять-на-пять. Мне постоянно хотелось тренироваться с ними, и когда такой шанс выпадал, это было изумительно. Быть рядом с Руни и Роналду – нечто потрясающее".

Он также видел потенциал Гарета Бэйла, когда тот только начинал карьеру.

"Помню, как увидел Гарета Бэйла в сборной Уэльса U-21, когда мы тренировались в Рексхэме. После тренировки у нас было свободное время, и он упражнялся в штрафных ударах. Уже тогда было видно, что это особенный футболист. Было здорово играть рядом с ним и некоторыми из лучших игроков мира".

После ухода из Юнайтед Рамон выступал за резервную команду Ливерпуля. В сезоне 2005/06 он был их лучшим бомбардиром, но затем ушел в Сканторп, чтобы играть за первую команду.

"Изначально я этого не хотел, но тренер Уэльса Тошак сказал, что мне нужно играть в официальных матчах, если я хочу выступать за сборную. Я подумал: "Давайте попробуем" и подписал контракт. Но сразу же в начале предсезонки я травмировался и так и не отошел от этой травмы".

Рамон признается: "У меня и сегодня проблемы с той лодыжкой. Я регулярно посещаю специалиста. Возможно, мне придется сделать еще одну операцию. Если бы я получил травму в Манчестер Юнайтед или Ливерпуле – думаю, все было бы в порядке. Но это случилось в Сканторпе, и я не думаю, что получил надлежащий медицинский уход".

В 2009 Рамон решил, что с него хватит после выступлений за Кэмбридж Сити и Уэст Лондонс Сарацинс. К середине 2000-х его сердце лежало уже не к этому.

"После возвращения мне нужно было думать о том, чтобы стать полупрофессионалом. Это было не для меня. Находиться практически у самой вершины, а затем оказаться внизу пирамиды – это было против моей природы".

"Если я в чем-то участвую, я хочу быть в этом лучшим. На тот момент я подумал, что футбол был лишь развлечением, а мне нужно заняться реальной жизнью. В конце концов, футбол был просто не для меня".

"При всех моих талантах, это не было моей судьбой. Ведь иначе я бы не встретил свою жену, не родились бы мои дети, ведь я просто не оказался бы в Лондоне в то время, в которое я там оказался".

"А это самая важная вещь для меня. В жизни приходится преодолевать чертово множество препятствий, но я ни о чем не жалею – это многому меня научило. И у меня по-прежнему много друзей из футбольного мира, хотя он и оказался не для меня".

Джон Бун, The Sun