Лизаразю: "Это было, как шпионские игры…"

Черный Audi A6 Биксанта выезжает горным серпантином, и перед глазами открывается широкий обзор Атлантики, и как-то забывается мерзкая погода дождливого февральского дня, пригоняющая метровые волны к берегу. "Можно и на серфинге покататься", – шутит Лизаразю, поеживаясь от холода в сером пуховике с плотным капюшоном. Смотря на бухту, бурлящую морской пеной и пробирающим до костей ветром, понимаешь, отчего футболист назвал своих детей причудливыми именами: его 17-летнего сына зовут Чимиста (по-баскски "буря"), 3-летнюю дочь – Ухаина ("высокая волна"). Бурями и волнами Биксант может любоваться постоянно, ведь проживает нынче в 3-тысячном поселке Сибур, раскинувшемся на узбережье океана на границе Франции и Испании. Просыпаясь в своем доме, Лизаразю может видеть море, но не море со штилем – оно бурлит, как и жизнь ветерана футбола. 

 

Биксант постоянно в заботах: по три раза в неделю он тренируется со своими товарищами по джиу-джитсу, ведь является чемпионом Европы 2009 года в своей возрастной группе по этому виду спорта. Еще он занимается серфингом, парусным спортом, ездой на велосипеде и на лыжах. А еще Лизаразю комментирует около 25 игр в год по ТВ, участвует в радио- и теле-шоу, ведет свою личную передачу и колонки в прессе. А еще он охотно рассказывает об учебе в колледже, в котором является одним из старейшин курса маркетинга, коммуникаций и PR. Да, в его пышной бороде есть несколько серых серебряных волосков. Но, как видите, жизнь его бурлит даже в маленькой, затерянной где-то у волн океана, деревушке. 

 

"Кан и Эффе были слишком громкими"

 

– Месье Лизаразю, вы уже опробовали самые разные виды журналистики, что интереснее всего?

 

– Все разное, все интересно. Скажем, комментирование матчей – совсем иное дело, чем радио-ток-шоу, а в печатных СМИ отвечаешь за каждое слово, ведь оно остается напечатанным на бумаге. Думаю, теперь я понимаю средства массовой информации лучше.

 

– Кто уже посещал вашу парижскую студию? Гости уходили довольными разговором?

 

– Были уже Зидан, Венгер, Анри… Да много-много футболистов. С игроками куда тяжелее – они много интересных вещей не рассказывают, держат в себе. 

 

– Вы выглядите замечательно. Когда последний раз занимались спортом?

 

– Вчера у меня была тренировка по джиу-джитсу. 

 

– Что побудило Вас к джиу-джитсу?

 

– Начал четыре года назад. Боевые искусства всегда мне нравились. В 2009 году я стал чемпионом Европы в моей возрастной группе.

 

– Противники заводятся, когда узнают имя и статус оппонента?

 

– Перед моим первым турниром я начитался в Интернете интервью и угроз: мол, «я убью тебя, я сломаю тебе руку…». Но они поняли, что это легко меня не возьмут. В 2013 году я снова поучаствую в чемпионате. Мне нужен новый вызов. А еще с моим братом Пейо я хочу путешествовать по крупнейшим волнам – до 15 метров. Максимальная высота для меня до сих пор четыре метра. Я должен тренироваться. Риск есть, но не такой большой. Я не умру.

 

– Вы когда-нибудь чувствовали смерть рядом?

 

– Однажды, когда был сбит волной и совсем не мог дышать.

 

– Чему научили вас эти упражнения?

 

– В джиу-джитсу я познал волю, ведь сражаешься не в футбол – против чужой команды, а против другого человека, конкретного соперника. При серфинге учишься держать баланс на доске, а также в жизни и в бизнесе. В каждом виде спорта вы можете постигнуть что-то, что поможет вам в вашей жизни.

 

– Какова ваша нынешняя повседневная жизнь?

 

– Отвожу дочь в детский сад, дальше – тренировки, работаю я во второй половине дня. Я сам хозяин каждого дня своей жизни. Это почти идеальный компромисс с собой. И еще – я могу жить в собственном доме. Я люблю этот маленький кусочек земли, я люблю просыпаться здесь и смотреть на волны. Я мог бы жить в Париже, но Париж опасен, многие находят там рестораны, выпивку. Не спорт.

 

– Как комментатор, вы сурово критикуете?

 

– Я справедливый, хоть это и трудно. Я объясняю те психологические процессы, из-за которых команда сильная или слабая сейчас. Я объясняю слабости команды.

 

– 29 февраля Германия сыграет с Францией. Какие слабые места у обеих команд можете назвать накануне этого международного матча?

 

– В обороне команд не хватает быстроты. Рибери и Бензема могли бы использовать это. Немцы сильны в полузащите и атаке.

 

– Кто сейчас лучший левый защитник?

 

– В 2010 году Фабио Коентрао отлично выглядел в Бенфике, но у него слишком много проблем в Реале. Марсело играет там сейчас довольно хорошо. Справа Дани Алвес очень силен.

 

– Что важно для топ-крайка?

 

– Скорость, понимание тактики. В отборе вы должны быть очень сильными и мудрыми, необходимо атаковать противника еще на его стороне. 

 

– Крайний защитник и в атаке должен прилично действовать…

 

– Прежде всего, он должен сделать свою непосредственную работу в обороне. Если хотите только атаковать, играйте нападающим. Защитник – это тактическая позиция, и нужно помнить о своем месте на поле. 

 

– Когда вы пришли в Баварию в 1997 году, она играла с тремя защитниками. Вы привыкли к четырем – и вскоре команда играла, как вы хотели?

 

– Да, было много дискуссий. С четырьмя защитниками сборная Франции выиграла чемпионат мира в 1998 году, и у нас была лучшая защита. Где-то за два сезона мы наиграли такую схему и в Баварии. Я оставался чуть глубже, чем мой коллега справа, так что нас было четверо защитников в одну линию. Ближний ко мне левый центральный защитник Линке смещался в центр, я опускался вниз. Когда я играл глубже, в моей зоне было безопаснее. Оттмар – умный человек, он видел, что Франция выиграла титул чемпиона мира с четверкой в обороне.

 

– Футболисты долго спорили по поводу схемы?

 

– Были агрессивные игроки, которые кричали и кричали, и были те, кто изо всех сил делал свою работу.

 

– Вы во второй категории?

 

– Да. Я не кричал, как Эффенберг. Эффе и Кан настолько громкие и агрессивные, что было страшно.

 

"Тайну штрафа унесу в могилу"

 

– У вас было три тренера в Баварии: Трапаттони, Хитцфельд, Магат. Что у вас связано с ними?

 

– При Трапаттони я часто нарушал. Мое лучшее время было с Хитцфельдом, с которым у меня сложились хорошие отношения. Я не тот тип игрока, которому сказали «Сделай это!», и он сделал. Мне нужно объяснять, почему я должен это делать. При Магате я заканчивал, уже имел травмы.

 

– Вы играли в Баварии с Эффенбергом, Элбером, Маттеусом, Каноми т.д., и т.п. Кто был лучшим?

 

– В психологическом плане – Кан и Эффе. В техническом – Шолль даже больше, чем Элбера. Йеремис был великим бойцом.

 

– А Баслер – сумасшедший парень?

 

– Марио был большой талант: технически сильный, быстрый, хороший удар, но он слишком много пил. Он не вел жизнь профи. Кан и Эффе играли как машины. Они излучали много энергии, чтобы быть в команде. Мне было очень приятно играть с Зе Роберто слева.

 

– Есть воспоминание, заставляющее вас улыбаться и сегодня?

 

– В Мадриде, накануне важного матча, мы повесили на стенке интервью, где противники говорили плохо о нас. Таким образом, перед глазами был стимул: Роберто Карлос то сказал, другой кто-то – это.

 

– Вы играли и с Баллаком. Как вы оцениваете его нынешние проблемы?

 

– Всем нелегко смириться с концом карьеры. Вы боретесь со временем, но в один прекрасный день вы умрете – и в жизни, и в спорте.

 

– Вы также играли с Зиданом…

 

– Он был лучшим. Его обработка и ведение мяча впечатляет. Зидан делает невероятные вещи так, как будто это очень просто.

 

– И характер у него чемпионский?

 

– Он был очень тихим, но если провоцировали, реакция бывала серьезной, как в финале Кубка мира-2006. Мне он напоминал Маттеуса. 

 

– Что же на самом деле случилось у вас с Лотаром в августе 1999 года?

 

– На тренировке я услышал что Лотар постоянно болтает обо мне. Мы сцепились. Он схватил меня за шею, я ответил. Ему повезло, что это случилось так давно, до моих занятий джиу-джитсу. Сегодня Лотар имел бы больше проблем со мной.

 

– Так вы заплатили свой штраф в 10 000 марок?

 

– Пусть это остается загадкой. Хотя Лотар был звездой, мое мнение по этой ситуации тоже было услышано. Это было очень справедливо со стороны клуба.

 

– То есть, вы не заплатили?

 

– Я заберу эту тайну в могилу.

 

– Еще одна загадка: насколько хорошо вы владеете немецким на самом деле?

 

– Я все понимаю, но говорю не очень хорошо. Поэтому предпочитаю говорить на английском языке. Сегодня сожалею, что не выучил немецкий как следует.

 

– После вас главным французом Баварии стал Рибери. Каким вы видите одного из ваших наследников?

 

– В течение двух лет он был фантастическим, но потом наступили травмы и другие проблемы. Считаю, Франк не является лидером команды. Зато сегодня он больше думает, он повзрослел.

 

– Его сравнивали с Зиданом…

 

– Зидан есть Зидан. Было бы здорово, если бы Рибери достиг своего уровня 2006 или 2007 года. Это не так просто. Сейчас я вижу хорошего, но не оптимального Рибери.

 

– Чего вы ожидаете от Вилли Саньоля, как спортивного директора Французской федерации?

 

– Это хороший опыт для него. Но наша организация, как слон, ей трудно двигаться. Если ему даже не удастся достичь там успеха, он научиться многому и сможет использовать его в другом месте, возможно, в Баварии. 

 

"Жалею о травмах юности…"

 

– Какой титул для вас самый ценный? 

 

– Да все они были фантастическими. Когда ты так долго играешь на высшем уровне, впечатления сглаживаются.

 

– Вы храните собранные за карьеру футболки соперников?

 

– Да, их примерно 500. Они как скальпы индейцев.

 

– Что нужно знать футболисту в 18 лет, чтобы выжить в этой профессии?

 

– Вы должны много думать о футболе и выбросить из головы все, что к нему не относится. Я не мог жить, как Баслер. С моим образом жизни он стал бы фантастическим игроком. Мой жизненный девиз: я не хочу жалеть. Единственное, о чем я сожалею, что из-за моих первых тяжелых травм я потерял около двух лет моей карьеры. Проблемы с пахом забрали где-то десять процентов моей силы.

 

– Не жалеете, что не сыграли за Реал, Барселону или еще где-нибудь?

 

– У меня было серьезное предложение от Манчестер Юнайтед в 2000 году, но Хитцфельд и клуб отказали. Я никогда не жалел об этом, ведь мы с Баварией выиграли позже столько титулов.

 

– Вы являетесь одним из самых успешных игроков в истории футбола. Чувствовали ли вы соответствующее отношение в Германии?

 

– Я не знаю, что думают немцы. Мой отец плотник, и в своем деле он перфекционист. Я также хотел просто хорошо делать свое дело.

 

– Вы трудно расстались с активным футболом?

 

– Мне было очень грустно после 20 лет карьеры. Я любил свою работу, но в последние шесть месяцев у меня было много травм и проблем. Мне пришлось начать новую жизнь, и сегодня я могу сделать много, чего не мог, будучи футболистом. Я путешествовал вокруг мира, был в Южной Африке, Таити, Индонезии.

 

– Еще будучи футболистом, вы интересовались охраной окружающей среды…

 

– Я остаюсь блюстителем экологии. Сознание человечества улучшается, но и загрязнение планеты увеличивается. И население в мире. Среда обитания уменьшается. Человечество должно научиться мудрости. Мы должны спросить себя, в чем смысл жизни. Это как в футболе, где необходимы правила. 

 

– Как насчет политики?

 

– Нет. Это не моя игра.

 

– Ваш эко-фонд еще работает?

 

– Да, у нас есть несколько проектов по защите моря. 

 

– В декабре 2001 года вам угрожала террористическая организации басков ЭТА. 

 

– Это была нереальная ситуация, как шпионские игры. Но письмо с угрозами было реально, год у меня был телохранитель. Бавария помогла мне со всеми проблемами. Вот почему я всегда хотел дать ей что-то взамен. 

 

– Как вы чувствуете себя сейчас?

 

– Я счастлив. Моя семья рядом.

 

– Вы останетесь здесь навсегда?

 

– Попытаюсь. Здесь у меня есть все.

 

– А Мюнхен? Не забыли традиционные баварские штаны?

 

– Это было забавно, когда мы их надевали. Я люблю традиции.

 

– Возвращение в футбол допускаете?

 

– Если да, то в качестве тренера. Это более обширное поле деятельности.

 

– Каким будет футбол?

 

– При честной игре управлять финансами лучше. Клубы должны сохранить свою самобытность и культуру. Мой идеал – Бавария.

 

– Лучше Барселоны?

 

– Барса фантастическия в плане подготовки талантов, не по финансам. Лучший клуб мира – смесь из Барселоны и Баварии.

 

– Вы за самобытность даже в эпоху глобализации?

 

– Нужно собирать игроков своей вашей страны, которые воплощают дух клуба. Я, француз, впитал в себя энергию Баварии, сжился с клубом. 

Перевод и адаптация Артура Валерко, Football.ua