Шевченко: "Я возник в Динамо из ничего"

- Понимаю, что этот вопрос вы ненавидите, но не задать его не имею права. Слишком многие утверждают, что три года назад вы уехали из Милана в Челси, потому что Кристен захотела жить в Лондоне.

- (Быстро и резко.) Это неправда. Решение было общим. И принято оно было потому, что я всегда планирую будущее. Для моей семьи было лучше переехать в Лондон.

- Почему?

- Моя жена - американка. Рос Джордан, мы уже ждали Кристиана... Школа, язык - все это имело большое значение. И Лондон в этой ситуации был лучше и для Кристен, и для меня. Италия - великолепная страна, которая навсегда останется в моем сердце. Но будущего своей семьи я в Италии не видел.

Но, конечно, мы бы не уехали, если бы не такое интересное предложение из Челси - команды, которая планировала выиграть в Европе все. Так что это был переезд не только для жизни, но и для футбола. И если бы не травмы, уверен, все сложилось бы по-другому.

- В Милане вас сильно отговаривали?

- Да, особенно Адриано Галлиани. Но решение уже было принято, что, впрочем, совершенно не сказалось на наших личных отношениях. И приезд Галлиани на мое 30-летие это доказал.

- Совсем-совсем не жалеете о переходе?

- Я ни о чем не жалею. Для меня вообще такого слова - "жалею" - не существует. Если что-то не сложилось - значит, так и должно было быть. Никогда не смотрю на минусы. Всегда стараюсь во всем искать только положительное и радоваться жизни.

- Бывает, что задумываетесь: как бы сложилась жизнь, если бы в свое время не решились уехать в Милан?

- Привык не оглядываться назад, а смотреть вперед. Как бы судьба ни сложилась - это моя судьба. Тем более что за десять лет, проведенных за границей, в футболе добился очень многого. И не только в футболе: имею право гордиться и тем, что стал более разносторонним человеком, знаю на два языка больше, чем когда уезжал. Разбираюсь в культуре и менталитете людей из других стран намного лучше, обрел друзей из самых разных сфер жизни. Это ведь тоже означает рост как личности.

Как бы то ни было, а 70 лет коммунизма сидят в каждом из нас. В наших потомках они останутся, наверное, уже в минимальной степени, но у нас в юности была зажатость, неуверенность в себе, которая европейцам или американцам вообще не свойственна. Отсюда и барьеры, которые у меня первоначально были при мысли, что сейчас я буду разговаривать со знаменитым модельером, спортсменом или еще кем-то. В этом смысле приходилось чуть-чуть себя ломать.

Ты не должен чувствовать себя неравным тому, с кем разговариваешь, - вот главный принцип общения с такими людьми. И когда ты ближе с ними знакомишься, понимаешь, что это приятные собеседники и просто хорошие люди. И любые барьеры - на самом деле чепуха.

- Считаете себя гражданином мира?

- Да. Я не привязан ни к одной стране. Чувствую себя дома и в Англии, и в Италии, и в Украине, и в Америке. Спокойно могу жить в любой из этих четырех стран. Где будет лучше для семьи, для меня, для работы - на той стране и остановлюсь.

- Какой город в мире назвали бы любимым?

- Киев. Однозначно. Но люблю и Милан, и Лондон, и Нью-Йорк, и Париж. Хотя в Англии, скажем, живу не в столице, а в пригороде. Люблю спокойствие и по-другому не могу.

- Окончательное решение вернуться приняли после того, как Карло Анчелотти сказал, что не заявит вас на Лигу чемпионов?

- Не понимаю, откуда взялась эта версия. Не было такого, мы на ту тему вообще не разговаривали! Я не знаю, включили бы меня в заявку на Лигу или нет. А вот о том, буду я иметь регулярную игровую практику, мы с Анчелотти говорили часто. И я пришел к выводу, что шанс, который мне собираются дать, недостаточен по сравнению с тем, чего я хочу.

Карло, как и руководство клуба, хотел, чтобы я остался в Челси, и говорил, что я нужен команде. Но мне стало понятно: большей частью я буду находиться на скамейке запасных или вовсе не попадать в заявку на матч.

И я принял решение. Пришел к Анчелотти и сказал: "Хочу вернуться в киевское Динамо, потому что хочу играть. - И добавил: - Не подумайте, что меня что-то в команде не устраивает. Просто годы идут, времени осталось не так много". Через три месяца исполнится два года с того момента, как я получил серьезную травму спины, которая не давала мне играть в полную силу. Сейчас я, тьфу-тьфу, здоров - и не могу позволить себе терять время дальше.

- С Романом Абрамовичем разговор перед уходом из Челси состоялся?

- Он понял меня. В наших отношениях он всегда ставил вопрос так: что было бы лучше для меня. Это невозможно не оценить, и я очень уважаю Романа Аркадьевича. У нас прекрасные отношения, я признателен ему за то, что во многом благодаря его реакции решение о возвращении в Киев смог принять спокойно.

- А с Сильвио Берлускони, крестным отцом вашего сына Джордана, после первого ухода из Милана остались друзьями?

- Да. Могу позвонить ему в любой момент и в последний раз делал это перед возвращением в Киев. Никаких проблем.

- Скажите честно: болеете сейчас за Анчелотти?

- Да. И не только за Анчелотти, но и за Челси вообще. У меня хорошие отношения с игроками, с тренером, с хозяином клуба. Баллака, Терри, Ивановича могу назвать друзьями. Очень теплые отношения сложились с Юрой Жирковым. Хороший парень и прекрасный игрок, у него все в Челси должно получиться.

Что касается Карло, то он никогда меня не обманывал, наши отношения всегда были честными. И как профессионал, он имел полное право решить, кто будет больше играть, а кто - меньше. За мной же было право выбора, согласен я ждать шанса или нет. Я выбрал второе.

Точно так же, как за Челси, болею и за Милан. Искренне болею. Это не просто слова. Каха Каладзе, Паоло Мальдини - мои близкие друзья. Как и руководство.

- Если бы Милан и Челси сыграли в финале Лиги чемпионов, за кого бы болели?

- (Думает, затем смеется.) Не знаю. Честно - не знаю.

- Газзаев поставил перед Динамо цель: в течение трех лет выиграть Лигу чемпионов. По-вашему, это реально?

- Почему нет? Всегда надо ставить максимальные задачи. Нужно менять менталитет, отучать самих себя от мысли, что киевское Динамо, по европейским меркам, - второй сорт. В Кубке УЕФА ЦСКА, Зенит и Шахтер уже все доказали, да и мы вышли в полуфинал. Пройдет время - уверен, в Лиге будет то же самое.

- Но сегодня-то это другой уровень!

- Не страшно. Динамо доходило до полуфинала Лиги, Спартак тоже играл в полуфинале Кубка чемпионов. Если не верить - нет смысла выходить и играть. Сделай все возможное - и потом не будешь жалеть, что мог сделать больше. Так что Газзаев прав.

- Как отнеслись к тому, что он после вашего прихода оставил капитаном команды Артема Милевского?

- Как к естественной вещи. Я возник в Динамо из ничего. В последний момент. А Милевский в роли капитана прошел все сборы и хорошо справляется со своими обязанностями. Зачем его менять? Мы с Артемом давно играем в сборной, и, если нужно, я всегда поделюсь с ним опытом.

- Валерий Васильевич Лобановский - лучший тренер в вашей жизни?

- Мне повезло, я работал со многими хорошими тренерами. Но именно Валерий Васильевич дал мне путевку в большой футбол. Поэтому - да.

- Реально, по-вашему, украинцам обыграть англичан и выйти на второе место в группе?

- Очень важно, что все зависит от нас самих, а не от других команд. И что играем дома. Надо как следует подготовиться - и тогда все возможно.

- У вас с Игорем Суркисом действительно был разговор о том, что после Газзаева вы станете главным тренером Динамо?

- Не хочу обсуждать эту тему.

- Но в принципе тренером быть хотите?

- Сейчас хочу играть в футбол. А когда придет время и я скажу, что как футболист решил закончить карьеру, тогда и будем обсуждать эту тему.