- Не слишком ли затянулась эпопея с переходом в Локомотив? Этот вопрос решался чуть ли не всю зиму.

- Это был мой первый серьезный трансфер, и он получился тяжелым. Конечно, мне и самому надоели все эти разговоры: получится переход или нет. Но все сложилось удачно. Я приехал играть в футбол, и самое главное, что у меня будет такая возможность.

- Вы считаете, что вам гарантировано место в основе? В команде едва ли не десять полузащитников.

- Стопроцентных гарантий, конечно же, нет. Юрий Павловичпроявлял большое упорство в вопросе моего перехода, но он ничего не обещал, да и в контракте нет пункта, что я обязательно буду выходить на поле. Я никогда не боялся конкуренции, просто в ситуации, в которой оказался в Киеве с Газзаевым, когда знал, что точно не буду играть, не было смысла оставаться в Динамо.

Я люблю эту команду, и у меня были прекрасные отношения с Игорем Михайловичем Суркисом. Когда я с ним пообщался, после того как возникла неприятная ситуация с Газзаевым, он меня понял и отпустил. И я очень благодарен Семину, что он позвал меня в Москву.

- Вы как-то назвали действия Газзаева капризами. Это действительно так?

- Скрывать не буду, да, это были его капризы.

- Вы пытались объясниться с ним, чтобы понять, что случилось и что не так?

- С этим человеком просто невозможно разговаривать. Он с Кавказа, и этим все сказано. Общается он нормально, но на многое просто не обращает внимания. Когда человек выкладывается на сто процентов на тренировках, на голову выше других игроков и не попадает в состав… Мне это непонятно. А когда Динамо проводило матч с Интером и на мое место в полузащите он выпустил левого защитника, стало очевидно, что играть здесь мне не дадут.

- Вы сказали, что Газзаев - человек с Кавказа. Имели в виду, что он очень эмоционален?